Бармаглотов (mcjabberwock) wrote,
Бармаглотов
mcjabberwock

Categories:

Конрад Лоренц: Восемь смертных грехов современной цивилизации

Прекрасная книга, которую я как-то до сих пор не успел прочитать. Вот некоторое введение.
Очень специфическое чувство - когда вещи, до которых додумался сам, читаешь у кого-то, кто вывел их давным-давно.


Исчезновение всех сильных чувств и аффектов вследствие изнеженности, генетическое вырождение, разрыв с традицией, унификация взглядов и ещё четыре опасности. Австрийский этолог, нобелевский лауреат Конрад Лоренц в 1972 году перечислил 8 грехов, которые могут погубить цивилизацию. Эту работу его критики объявили апологетикой нацизма.

Перенаселение



Скученность людей в тесном пространстве ведет к бесчеловечности косвенным образом — вследствие истощения и распада отношений между людьми: скученность самым непосредственным образом вызывает агрессивное поведение. Из множества опытов над животными известно, что скученность усиливает внутривидовую агрессию. Общее недружелюбие, наблюдаемое во всех больших городах, явно возрастает пропорционально плотности скопления людей в определенных местах.

Цивилизованное человечество готовит себе экологическую катастрофу, слепо и варварски опустошая окружающую и кормящую его живую природу. И меньше всего человечество замечает, какой ущерб наносит этот варварский процесс его душе. Откуда возьмётся у подрастающего человека благоговение перед чем бы то ни было, если всё, что он видит вокруг себя, является делом рук человеческих, и притом весьма убогим и безобразным? Достаточно сравнить с открытыми глазами старый центр любого немецкого города с его современной окраиной или эту позорную для культуры окраину, быстро вгрызающуюся в окружающую землю, с ещё не захваченными ею местами. Сравните затем гистологическую картину любой здоровой ткани с картиной злокачественной опухоли: вы обнаружите поразительные аналогии! Если это впечатление выразить объективно и перевести с языка эстетики на язык науки, то в основе этих различий лежит потеря информации.

Бег наперегонки с самим собой



Для поддержания равновесия живых систем необходимы циклы регулирования, или отрицательные обратные связи. Специальный случаи положительной обратной связи встречается, когда индивиды одного и того же вида вступают между собой в соревнование, влияющее на развитие вида посредством отбора. Этот внутривидовой отбор действует совсем иначе, чем отбор, происходящий от факторов окружающей среды. Вызываемые им изменения наследственного материала не только не повышают перспектив выживания соответствующего вида, но в большинстве случаев заметно их снижают.

Под давлением соревнования между людьми уже почти забыто всё, что хорошо и полезно для человечества в целом и даже для отдельного человека. Подавляющее большинство ныне живущих людей воспринимает как ценность лишь то, что лучше помогает им перегнать своих собратьев в безжалостной конкурентной борьбе.

Боязливая спешка и торопливый страх в значительной мере повинны в потере человеком своих важнейших качеств. Одно из них – рефлексия. Существо, ещё не знавшее о собственном существовании, никоим образом не могло развить отвлечённое мышление, словесный язык, совесть и ответственную мораль. Существо, перестающее рефлектировать, подвергается опасности потерять все эти свойства и способности, специфические для человека.

Каждый циклический процесс с положительной обратной связью рано или поздно ведёт к катастрофе. Кроме коммерческого внутривидового отбора на всё ускоряющийся темп работы действует и другой опасный циклический процесс — процесс, ведущий к постоянному возрастанию человеческих потребностей. Дьявольский круг, в котором сцеплены друг с другом непрерывно нарастающие производство и потребление, вызывает к жизни явления роскоши, а это рано или поздно приведет к пагубным последствиям все западные страны, и прежде всего Соединенные Штаты; в самом деле, их население не выдержит конкуренции с менее изнеженным и более здоровым населением стран Востока.

Генетическое вырождение



Некоторые способы социального поведения приносят пользу сообществу, но вредны для индивида. Мы не знаем, что препятствует разложению сообщества социальными паразитами у общественных позвоночных. У нас, людей, нормальный член общества наделен весьма специфическими формами реакций, которыми он отвечает на асоциальное поведение. Оно «возмущает» нас, и самый кроткий из людей реагирует прямым нападением, увидев, что обижают ребенка или насилуют женщину.

Инстинктивные побуждения и культурно обусловленное, ответственное владение ими составляют единую систему, в которой функции обеих подсистем точно согласованы друг с другом. Криминологии хорошо известно, как мало можно надеяться превратить в социальных людей так называемых эмоционально бедных. Недостаточный личный контакт с матерью в младенческом возрасте вызывает неспособность к социальным связям, симптомы которой чрезвычайно напоминают врождённую эмоциональную бедность. Итак, если неверно, что все врожденные дефекты неизлечимы, то еще менее верно, будто излечимы все приобретённые.

Чтобы понять эти крайности общественного мнения, нужно прежде всего отдать себе отчёт в том, что оно является функцией одной из тех саморегулирующихся систем, которым свойственны колебания. Общественное мнение инертно, оно реагирует на новые влияния лишь после длительной «задержки», сверх того, оно любит грубые упрощения, большей частью преувеличивающие подлинное положение вещей. Поэтому оппозиция, критикующая общественное мнение, по отношению к нему чуть ли не всегда права. Но в схватке мнений она переходит на крайние позиции, каких никогда не заняла бы, если бы не стремилась компенсировать противоположное мнение. И если господствовавшее до этого мнение рушится — а это обычно происходит внезапно, — то маятник колеблется в сторону столь же крайнего, преувеличенного взгляда прежней оппозиции.

Нынешняя гротескная форма либеральной демократии находится в кульминационной точке колебания. На противоположном конце, где маятник находился не так уж давно, были Эйхман и Освенцим, эвтаназия, расовая ненависть, уничтожение народов и суд Линча.

Один из многих парадоксов, в которых запуталось цивилизованное человечество, состоит в том, что требование человечности по отношению к личности опять вступило в противоречие с интересами человечества. Наше сострадание к асоциальным отщепенцам, неполноценность которых может быть вызвана либо необратимым повреждением в раннем возрасте, либо наследственным недостатком, мешает нам защитить тех, кто этим пороком не поражен. Нельзя даже применять к людям слова «неполноценный» и «полноценный», не навлекая на себя сразу же подозрение, что ты сторонник газовых камер.

Опасные последствия нынешней тенденции к абсолютной терпимости усиливаются ещё и действием псевдодемократической доктрины, считающей всё поведение человека результатом обучения. В нашем поведении многое зависит от благословения или проклятия, которое запечатлела в нас в раннем детстве более или менее проницательная, ответственная и, прежде всего, эмоционально здоровая родительская чета. Столь же многое, если не большее, обусловлено генетически.

Кто умеет мыслить биологически и знает силу инстинктивных побуждений, а также относительное бессилие всякой ответственной морали и всевозможных благих намерений, тот видит в отщепенце не дьявольски злого, а больного человека. Но если к такой установке присоединяется ещё заблуждение псевдодемократической доктрины, будто всё человеческое поведение можно неограниченно изменять и исправлять, то отсюда происходит тяжкое прегрешение против сообщества людей. Нужно понять, что в условиях современной цивилизованной жизни нет ни одного фактора, осуществляющего отбор в направлении простой доброты и порядочности, за исключением нашего врожденного чувства к этим ценностям.

Мы должны научиться соединять проницательную гуманность по отношению к индивиду с учётом того, что нужно человеческому сообществу. Разложение генетически закреплённых форм поведения угрожает нам Апокалипсисом.

Индоктринируемость



То, что поначалу в виде предположения думают, при испытании на конкретных случаях очень часто оказывается ошибочным, но, если предположение выдерживает такое испытание достаточно часто, оно становится знанием. В науке эти процессы называют построением гипотезы и проверкой. Карл Поппер и Дональд Кэмпбелл называют этот метод сравнением признаков.

Гипотеза никогда не опровергается единственным противоречащим ей фактом; опровергается она лишь другой гипотезой, которой подчиняется большее число фактов.

Доверие к слову учителя, сколь бы оно ни было ценно при основании новой «школы», влечёт за собой опасность образования доктрины. Если ещё вдобавок теория слишком пластична и мало стимулирует опровержение, то это вместе с почтением к учителю может привести к тому, что ученики превращаются в последователей, а школа — в религию и культ, как это произошло во многих местах с учением Зигмунда Фрейда.

Другим примером доктрины является то, что рефлекс стал рассматриваться как важнейший и даже единственный составляющий элемент всех, даже наиболее сложных нервных процессов. Ортодоксальные приверженцы этого учения заявляют, что человек рождается подобным чистому листу бумаги, а всё, что он думает, чувствует, знает и во что он верит, является результатом его рефлексии.

Что все люди имеют право на равные возможности развития — это несомненная этическая истина. Слишком легко, однако, эта истина обращается в ложь, будто все люди потенциально равноценны. Бихевиористская доктрина идёт ещё дальше, заявляя, что все люди были бы равны друг другу, если бы могли развиваться в одинаковых внешних условиях, и притом стали бы совершенно идеальными людьми, если бы только эти условия были идеальны.

Самый неотразимый метод, позволяющий манипулировать большими массами людей, унифицируя их устремления, доставляет мода.

Каждая естественная наука, и физика в том числе, начинает с описания, переходит затем к упорядочению описанных явлений и лишь после этого к абстрагированию их закономерностей. Эксперимент служит для проверки абстрагированных законов природы и занимает поэтому в ряду методов последнее место. Эти стадии, выделенные уже Виндельбандом под именами дескриптивной, систематической и номотетической, должна пройти каждая естественная наука. Чем сложнее и выше интегрирована органическая система, тем строже должна соблюдаться виндельбандовская последовательность методов; поэтому именно в области исследования поведения современный преждевременно экспериментальный операционализм приносит особенно абсурдные плоды. Это ложное направление, конечно, поддерживается верой в псевдодемократическую доктрину, согласно которой поведение животного и человека определяется вовсе не филогенетически возникшими структурами центральной нервной системы, а исключительно внешними влияниями и обучением.

Методическая ошибка, которую мы называем редукционизмом, состоит в стремлении свести все явления жизни, даже принадлежащие наивысшим уровням интеграции, к основным законам природы. При таких попытках объяснения упускается из виду безмерно сложная структура, в которую складываются подсистемы и из которой только и могут быть поняты системные свойства целого.

(выделено мною - С. Бармаглотов)

Источник

This entry was originally posted at http://mcjabberwock.dreamwidth.org/455706.html.
Tags: лоренц, нацвопрос, национализм, теория, этология
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments